«Нулевая декларация»: как политики готовятся к антикоррупционной амнистии?

Перегляди: 1 013

Официальные доходы, которые чиновники, депутаты, судьи указывают в своих декларациях, поражают своей аскетичностью. Тем более, вызывают немалый диссонанс с уровнем жизни чиновников

Не секрет, что на службе у государства ни чиновники, ни судьи, ни народные избранники не имеют права заниматься бизнес-деятельностью. Впрочем, такие ограничения не мешают им безбедно жить: часто имущество, бизнес, активы «переписываются» на родственников, жен/мужей, детей. И уже совсем не редкость в украинском обществе, когда именно близкие люди украинских чиновников, как правило, автоматически становятся крайне успешными предпринимателями.

С движением в Европу и провозглашенным властью масштабным «крестовым походом» против коррупции во всех сферах жизни наступило время установить честные правила игры и для самих политиков. Безусловно, интересным в данном направлении будет наблюдение за работой Национального агентства по противодействию коррупции, которое вот-вот начнет свою работу. В частности, НАПК будет заниматься анализом деклараций всех украинских чиновников на предмет соответствия записанным данным и их уровнем жизни.

Поэтому вариантов всего два: либо действительно начать все с чистого листа, либо придумывать новые схемы для уклонения от добросовестного декларирования доходов и состояний. И если сторонников второго варианта будет немало, для реализации первого, похоже, нынешние политики уже придумали удобный для себя способ антикоррупционной амнистии. Речь идет о распространенном в мире понятии о так называемой «нулевой декларации».

Налоговая индульгенция

Дискуссии о массовом внедрении «нулевой декларации» продолжаются еще с 2014 года — сразу после окончания Революции Достоинства. Идея более чем благородная: государство и граждане, идя навстречу друг другу, устанавливают особый режим доверия, который предусматривается инструментом нулевого декларирования доходов.

Эксперты из налогового законодательства объясняют, что само понятие «нулевой декларации» значительно шире для понимания: таким режимом декларирования может воспользоваться каждый гражданин, который занимается любой предпринимательской деятельностью и хочет честно продемонстрировать государству (то есть органам ГФС), что его бизнес-деятельность не принесла прибыли за указанный период декларирования доходов, однако «закрывать» его гражданин еще не планирует. Это позволяет предпринимателю продемонстрировать свои честные намерения относительно обязательств по уплате налогов, а государству – лишний раз не давить на бизнес в те периоды, когда доходов нет, либо они крайне скудны. В таком случае, в выигрыше остаются оба: бизнесмен, взяв тайм-аут, пытается восстановить свою предпринимательскую активность, государство надеется на исправную уплату налогов в будущем, когда ситуация у предприимчивого гражданина улучшится.

В конце 2014 года, введение соответствующих изменений в Налоговый кодекс в части установления так называемого «нулевого декларирования» было заблокировано профильным парламентским комитетом. Тогда парламентарии воспользовались выводом главного научно-экспертного управления Верховной Рады, в котором говорилось о том, что введение подобных косвенных методов определения дохода и расходов для физических лиц «может привести к многочисленным нарушениям прав и свобод граждан, возможных проявлений коррупции и злоупотреблений со стороны должностных лиц, контролирующих органов и судов, и, вообще, к возникновению социальной напряженности».

Уже в декабре 2015 года появился другой законопроект №3661 «О нулевой декларации», авторами которого стали нардепы Юрий Луценко (глава фракции «БПП») и Александр Кирш («Народный фронт»). На этот раз в документе уже четко ставится цель — «улучшение условий для развития экономики государства, содействие ее детенизации и детенизации отношений собственности, привлечение инвестиций, увеличение доходов Государственного бюджета Украины путем внедрения механизма декларирования доходов, полученных (оформленных) с нарушением налогового, валютного законодательства, законодательства о едином взносе на общеобязательное государственное социальное страхование, сборы на обязательное государственное пенсионное страхование с отдельных видов хозяйственных операций». То есть речь идет о своеобразной «налоговой индульгенции», которой сможет воспользоваться любой желающий гражданин, который хочет вместе с государством начать новый этап отношений. Как в браке после крупной ссоры – «все с чистого листа».

О чем идет речь? Планируется, что каждый совершеннолетний гражданин, который может платить налоги, будет обязан заполнить и направить в ГФС так называемую «нулевую декларацию». В этом документе он может указать данные о всей собственности, активах, доходах, о которых пожелает, при этом не указывая их происхождения. Это означает, что после подачи такого документа гражданин уже не несет ни административной, ни уголовной ответственности за происхождение своего имущества. Проектом закона предусматриваются гарантии для субъектов представления «нулевой декларации».

Так, предлагается установить, что государство гарантирует субъекту представления нулевой декларации, что против него не будет возбуждаться уголовное производство, не будет начинаться производство по делу об административном правонарушении за нарушение налогового, валютного законодательства, законодательства о едином взносе на общеобязательное государственное социальное страхование, сборы на обязательное государственное пенсионное страхование с отдельных видов хозяйственных операций в связи с декларируемыми объектами», — говорится в пояснительной записке к документу.

А вот уже в следующих декларациях гражданин должен указывать все сполна: обо всех своих поступлениях от активов, бизнеса, недвижимости, расходах на его содержание. Именно с целью дальнейшего системного контроля по уплате налогов и вводится в действие механизм так называемой «нулевой декларации».

В данном случае интересно то, что у законопроекта «О нулевой декларации» очень влиятельный лоббист — Президент Петр Порошенко. Он лично подчеркнул важность решения о введении «нулевого декларирования» для экономики государства. Это еще одно свидетельство того, что власть пытается привлечь к законопроекту внимание всех ключевых политических игроков, словно намекая: «это ваш единственный выход в правовом поле решить все предыдущие проблемы и начать новую эру отношений с государством».

Все ради политики?

Безусловно, нормы закона будут служить возможностью для чиновников всех уровней и судей по крайней мере как-то сознательно подойти к процессу своего сотрудничества с НАПК и одновременно создать дополнительные механизмы по легализации своих доходов. Например, автор законопроекта «О нулевом декларировании» Юрий Луценко за последний год задекларировал всего чуть больше 75 тыс. гривен, при этом семья политика (напомним, его жена — Ирина Луценко — также нардеп) за год задекларировала около 3 миллионов гривен. В собственности семьи есть 2 элитные машины, дом площадью 200 кв. м., две большие квартиры, земельный участок и дача. Можно еще более-менее реалистично объяснить происхождение средств, однако такого количества собственности — значительно труднее. И такая ситуация наблюдается по большинству народных избранников, чиновников и судей.

Председатель Центра противодействия коррупции Виталий Шабунин указывает на то, что после принятия закона «Об электронном декларировании» и начала работы НАПК нардепы уже начали искать возможные выходы из ситуации относительно собственных деклараций. И как доказательство демонстрирует скриншоты смс-сообщений с телефонов с подобными доказательствами прямо из сессионного зала, в которых они пытаются найти оптимальные юридические пути выхода из декларированием собственных средств. В частности, декларации придется подавать по новой расширенной форме, в которой в НАПК впоследствии могут возникнуть вопросы о возможном переписании части имущества на родственников. «Этому конкретному депутату серьезно достанется, поскольку закон прямо предусматривает переподавание декларации по новой форме», — указывает Шабунин о невозможности «обойти» новые нормы законодательства.

Впрочем, до принятия закона существует еще целый ряд способов, как можно изменить его нормы. В частности, документ должен пройти дополнительное согласование в профильном комитете и широкое общественное обсуждение. Каких изменений претерпит законопроект после этих процедур, остается только догадываться. Однако помня о распространенной практике «поправок с голоса», которыми, в частности, был очень серьезно испорчен законопроект «Об электронном декларировании», можем предположить подобный сценарий и в нынешней истории.

Александр Радчук, специально для «Слово и Дело»

Tweet about this on TwitterShare on FacebookShare on Google+

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

code