По второму кругу. Почему банки в Украине снова падают

Перегляди: 777

Период относительного спокойствия на банковском рынке сменился чередой новых банкротств

 Фокус выяснил, что послужило причиной ещё одной волны банкопада и почему он продолжится в ближайший год.

В кризис банковский сектор Украи­ны уже сократился более чем на треть. Если до 2014 года в стране было зарегистрировано около 180 коммерческих банков, то теперь количество платёжеспособных учреждений приближается к сотне. Несмотря на то, что руководство НБУ уже не раз заявляло о завершении активной фазы очистки банковского рынка, финучреждения продолжают банкротиться. В апреле ряды неплатёжеспособных пополнили банки «Хрещатик» и «Юнисон». В мае — Фидобанк, банк «Михайловский», а также небольшой по размерам Смартбанк.

И это не финал. «Развитие ситуации зависит от того, насколько жёсткую политику будет проводить Нацбанк в отношении неадекватных банков. Мы ожидаем, что к концу 2017 года банковский сектор сократится до 50–60 банков», — прогнозирует партнёр департамента по работе с финансовыми учреждениями компании «Делойт» Виктор Лукашук. Прогноз выглядит высоковероятным, ведь у Нацбанка есть несколько причин, по которым он продолжает выводить финучреждения с рынка.

Капитальное строительство

После нескольких дней перебоев в проведении платежей и получении наличных 5 апреля 2016 года временную администрацию ввели в банк «Хрещатик». Проблемы с ликвидностью, возникшие в этом банке, связывают с уходом нескольких стратегических клиентов (коммунальных предприятий) в другие банки. Однако решающую роль могло сыграть отсутствие компромисса между акцио­нерами по докапитализации банка. Акционеры долгое время обсуждали возможность увеличения уставного капитала, а один из них, Киевский горсовет, ещё в декабре 2015-го принял решение выделить с этой целью 100 млн грн. Но согласия акционеры так и не нашли, и банк признали неплатёжеспособным. «Докапитализация проводится за счёт всех акционеров пропорционально. Но в Украине крайне слабо развиты механизмы защиты миноритарных собственников. Из-за этого возникает конфронтация между мажоритарными акцио­нерами и лицами, не имеющими контрольного пакета. А вкладывать деньги в банк, который не контролируется, никто не хочет», — объясняет юрист, партнёр АФ GORO legal Дмитрий Овсий. По его мнению, второй причиной проблем с докапитализацией является нежелание акционеров заводить деньги от внешнеэкономической деятельности в Украину для спасения своего же финучреждения, как в случае с лопнувшим банком «Финансы и Кредит» Константина Жеваго.

Проблемы с недостаточной капитализацией есть у большинства банков. Так называемый норматив регулятивного капитала, отображающий соотношение собственных средств финучреждения и суммарных активов, в целом по системе незначительно превышает минимально положенный уровень в 10%. Но в отдельности взятые банки могут существенно не дотягивать до этой планки. Так, по данным диагностики НБУ, в марте этого года лишь 4 финучреждения из двадцатки крупнейших не нуждались в дополнительных вливаниях от акционеров — корпоративные ING и СитиБанк, государственный Укргазбанк, а также Креди Агриколь. Другие учреждения из топ-20 вынуждены согласовывать планы докапитализации с НБУ и искать деньги. К примеру, ПУМБ Рината Ахметова должен быть докапитализирован на 1,2 млрд грн до 1 сентября 2016 года, а акционеры UniCredit должны влить в свой банк ещё около 7 млрд грн. Но основные в группе риска — небольшие финучреждения. Согласно плану докапитализации НБУ, все банки должны иметь уставные фонды не менее чем 200 млн грн к июлю 2017 года. По подсчётам Фокуса, в начале апреля 2016 года около 50 банков ещё не выполнили этого требования.

Разыскивается собственник

Когда в конце апреля Нацбанк объявил о введении временной администрации в банк «Юнисон», причиной послужили отнюдь не проблемы с выполнением обязательств перед вкладчиками или невыполнение нормативов НБУ. Банк наказали за непрозрачность структуры собственности. Это учреждение, работающее на рынке с февраля 2013 года, связывали с семьёй беглого экс-министра доходов и сборов Александра Клименко. Но формальными владельцами значились две компании, зарегистрированные в Лихтенштейне. После смены власти в Украине банк якобы сменил владельца. Руководители учреждения уверяли, что выкупили его у собственника, который утратил возможность вести предпринимательскую деятельность в Украине. Но регулятор так и не одобрил переход права собственности, так как новые акционеры не смогли подтвердить происхождение своих средств. Вслед за банком «Юнисон» из-за сомнительной структуры собственности 25 мая к неплатёжеспособным был отнесён Смартбанк, в котором не нашлось даже 100 вкладчиков-физлиц.

Бороться с липовыми акционерами НБУ начал ещё в прошлом году. В октябре регулятор огласил список, в который вошло почти полсотни учреждений с неопределённой структурой собственности. Их обязали до апреля 2016 года легализировать выгодополучателей. Большинство банков удалось заставить раскрыть имена реальных собственников. К примеру, тот же Сергей Тигипко официально признал владение Таскомбанком, а Виктор Пинчук — банком «Кредит Днепр». Тем не менее требования НБУ выполнили далеко не все финучреждения.

«Если судить по отчётам Нацбанка, ситуация с раскрытием имён реальных акционеров банков улучшилась. В последнем списке, опубликованном НБУ, осталось не больше 10 банков c непрозрачной структурой собственности», — говорит Виктор Лукашук. Два банка из условной группы риска — Инвестиционно-Трастовый банк и Финанс Банк — собственники уже решили ликвидировать. Но, скорее всего, ещё несколько банков вскоре будут признаны неплатёжеспособными из-за непрозрачности бенефициаров.

Схемный бизнес

В декабре 2015 года НБУ без введения временной администрации лишил банковской лицензии и ликвидировал небольшой банк «Велес». Как выяснилось, у этого финучреждения было всего 150 клиентов-физлиц, а 90% операций были сомнительными. По информации Нацбанка, они проводились для уклонения от финансового мониторинга или с целью выведения капиталов за рубеж. Подобные нарушения выявила инспекционная проверка, поводом для которой послужила предотвращённая Нацбанком попытка вывести за границу около $460 млн по фиктивным документам. Согласно схеме заёмщик должен был вернуть кредитору с офисом в Латвии, учредителем которого был безработный гражданин КНР, $300 млн кредита и $160 млн процентов по нему. Договор займа был зарегистрирован в 2008-м и аннулирован в 2011 году. В документах было указано недостоверное место регистрации заёмщика, а его декларация о доходах не соответствовала действительности.

"У так называемых схемных банков всегда отличные финансовые показатели, но банковским делом они не занимаются. При выявлении регулятором фактов незаконной деятельности они должны выводиться с рынка немедленно, что и было в случае с банком «Велес», — поясняет Михаил Демкив из ICU. Как отмечает собеседник Фокуса, в банках, выведенных с рынка за нарушение законодательства в сфере финансового мониторинга («Прайм», «Грин», «Мелиор» и др.) сумма вкладов физлиц была весьма незначительной по сравнению с балансом банка и особенно с оборотом кассы.

Никого не жалко. Глава НБУ Валерия Гонтарева вывела с рынка около 70 проблемных банков (Фото: Getty Images)

Кроме изначально схемных банков, которые ни дня не занимались рыночной деятельностью, схемы также могут использовать недобросовестные собственники или руководители банка для выведения средств или работающих кредитов. Часто такое происходит накануне входа в банк временной администрации Фонда гарантирования вкладов физлиц. «Обычно в недокапитализированных банках зависают вклады собственников банка, их родственников, друзей и партнёров. Не имея возможности снять средства из-за отсутствия ликвидности, они дробят крупные вклады на мелкие, до 200 тыс. грн, чтоб получить компенсацию ФГВФЛ, уступают вклады заёмщикам банка для взаимозачёта и так далее», — рассказывает партнёр юридической фирмы «Астерс» Евгений Порада. Свежий пример: в банке «Михайловский» перед входом временной администрации из финансовой компании, связанной с банком, на баланс банка перевели вклады физлиц, что увеличило нагрузку на ФГВФЛ с 1,6 млрд грн до 2,6 млрд грн.

Для выведения средств из банков также используется выдача кредитов связанным лицам либо выплаты в их пользу по поручительству. «Самой популярной схемой по выводу средств из Украины является размещение денег на корреспондентских счетах иностранных банков. Они выдают кредиты нерезидентам под залог указанных средств украинского банка. Как только появляются предпосылки к вводу временной администрации, иностранный банк списывает средства в счёт погашения кредита нерезидента. Судя по открытым источникам, этой схемой пользовались Терра Банк, Южкомбанк, а прецедента по возврату выведенных таким образом средств в Украине пока не существует», — рассказывает Фокусу юрист АО «Спенсер и Кауфманн» Ольга Пиголь. Выводят из банка не только денежные средства, но и кредитные портфели, которые отчуждаются в пользу связанных лиц по заниженной стоимости. К примеру, Омега Банк, подконтрольный владельцу Дельта-банка Николаю Лагуну, перед банкротством уступил кредитный портфель объёмом 1,3 млрд грн всего за 5 млн грн. Впрочем, подсчитать количество банков в этой группе риска непросто. В конце 2015 года в СМИ появился так называемый чёрный список схемных банков, в который вошло порядка 10 финучреждений. Но это скорее постоянные его участники. В расширенный список могут войти те финучреждения, которые не выполняют текущих требований НБУ и попытаются вывести оставшиеся в кассах деньги.

Связанные одной цепью

Причиной выведения банков с рынка может послужить скрытое кредитование лиц, связанных с конечными собственниками и руководителями банков. Такая модель бизнеса характерна для большинства украинских финансово-промышленных групп, которые на деньги вкладчиков развивают свои основные бизнесы. Среди последних примеров обанкротившихся банков с избыточным уровнем инсайдерского кредитования такие крупные игроки, как VAB-Банк, «Финансовая инициатива» и «Финансы и Кредит».

«Если заёмщик-инсайдер испытывает финансовые сложности, банк продлевает сроки погашения либо рефинансирует задолженность столько, сколько будет нужно заёмщику. Это может сопровождаться предоставлением банку новых залогов и поручительств, реальная ценность которых стремится к нулю», — объясняет старший юрист AEQUO Денис Кульгавый. Формально такие кредиты не считаются проблемными, ведь созданные для «своих» заёмщиков нерыночные условия не нарушаются. Но чем больше таких кредитов в портфеле банка, тем выше риск для вкладчика потерять свои сбережения.

По словам начальника отдела рыночных исследований IBI-Rating Виктора Шулика, собственники через связанные компании зачастую выводят деньги из финучреждения (под видом кредитования или приобретения «мусорных» векселей, ценных бумаг и т. п.) или используют сделки с подконтрольными предприятиями для транзитного увеличения капитала самого банка.

«В Украине объёмы кредитов инсайдеров по сравнению с другими странами достаточно велики. Причём определить их реальный размер практически невозможно, так как банки прилагают максимум усилий для разработки новых схем для сокрытия связей заёмщика и кредитора», — рассказывает Ольга Пиголь. Методы, которые ради этого готовы изобретать ФПГ, разнообразны. В их числе управляющий партнёр МЮК KODEX Евгений Ковтуненко называет кредитование через юридически обособленные от владельцев банка предприятия-прокладки, приобретение банком облигаций заёмщика, предоставление финансового лизинга или перекредитовывание через несвязанные банки.

Нацбанк в 2015 году начал диагностировать реальный уровень финансирования связанных лиц в украинских банках и к концу апреля 2016-го уже проверил 20 крупнейших банков. По информации НБУ, в числе банков, где были обнаружены отклонения, есть учреждения из топ-10. У некоторых расхождения оказались несущественными и на выполнение нормативов не повлияли. У других дополнительно выявленные операции со связанными лицами существенно увеличили сумму инсайдерской задолженности. Эти банки уже предоставили регулятору планы снижения объёмов инсайдерских кредитов на протяжении трёх лет. До конца 2016 года НБУ планирует проделать аналогичную работу с банками, не вошедшими в топ-20. Впрочем, даже по текущим подсчётам НБУ, уровень кредитования связанных лиц в целом по системе составляет более 35%, превышая потолочное значение на 10 процентных пунктов. Банки, которые за 3 года не снизят этот показатель, также покинут рынок. Учитывая сложность перевода банковского бизнеса из статуса карманного в ранг рыночного, такие случаи могут быть не единичными.

Tweet about this on TwitterShare on FacebookShare on Google+

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

code