Крымско-украинский союз: битва под Жёлтыми Водами

Перегляди: 208

Один из ярчайших примеров крымско-украинского сотрудничества. Битва под Жёлтыми Водами

crimean-ukrainianmilitaryalliance

Позвольте начать с банальности. Крымские татары и украинцы так долго жили по соседству, что глупо было бы надеяться на безоблачность в их отношениях. Ссорятся ведь даже лучшие друзья, не говоря уже о соседях, поэтому ничего удивительного нет в том, что Крым с Украиной регулярно воевали. Проблема состоит лишь в том, что за этим противостоянием мы едва не позабыли и крымско-украинское сотрудничество, примеров которого также найдётся немало. Одному из ярчайших эпизодов союза Полуострова и Материка — совместной победе под Жёлтыми Водами в 1648 году — и посвящён сегодняшний рассказ.

Картина Ю.О. Саницкого «Битва под Желтыми водами»

В защиту своих прав казаки восставали против Речи Посполитой регулярно и так же регулярно терпели поражения. Будучи непревзойдёнными пехотинцами, запорожцы не имели настоящей кавалерии. Поляки же, напротив, уповали на тяжёлую конницу — легендарных «крылатых гусар», способных одержать верх над любой пехотой: московской, турецкой, шведской и украинской. Единственным способом нейтрализовать преимущество поляков на поле боя было привлечь чужую кавалерию. Но желающих воевать с Речью Посполитой было немного — в середине XVII века эта держава была соседям не по зубам.

Но вождю очередного восстания, разгоревшегося весной 1648 года, Богдану Хмельницкому, удалось решить эту проблему. Он обратился за помощью к единственной силе, не боящейся спровоцировать поляков — к Крымскому ханству. В начале весны между Хмельницким и ханом Исламом Гераем III был заключён не первый, но самый значительный из крымско-украинских союзов. В Бахчисарае остался сын Хмельницкого Тимофей, на помощь Богдану отправился чамбул (отряд) перекопского наместника Тугай-бея.

Заключение союза между Войском Запорожским и Крымским ханством имело три важных следствия. Во-первых, на тактическом уровне крымская кавалерия могла помочь нейтрализовать польское превосходство в коннице. Во-вторых, на стратегическом уровне Украина обезопасила свои тылы от возможного крымского вторжения во время войны с поляками. И в-третьих, на геополитическом уровне выступление Хмельницкого переставало быть мятежом обычного польского подданного против Короны и превращалось в международный конфликт.

22 апреля 1648 года с Запорожской Сечи Хмельницкий и Тугай-бей двинулись на Приднепровье. В районе Корсуни сосредоточилось регулярное польское войско во главе со старым Николаем Потоцким. Не видя в восставших грозной силы, польский полководец не соизволил ни выступить против них лично, ни отправить на подавление восстания больше поляков. В его глазах армии предстояла увеселительная прогулка.

Хмельницкий вёл на север без малого 8-тысячный отряд, большую часть которого составляла крымскотатарская конница. Поляки разделили свои силы на две части — и это стало фатальной ошибкой. По степи двигался 4-тысячный отряд с 6 или 10 тяжёлыми пушками под командой молодого Стефана Потоцкого, сына польского военачальника, причём треть его составляли реестровые казаки. Второй отряд — 4 тысячи реестровых казаков и немецких наёмников под началом полковника Стефана Кричевского — спускался по Днепру, чтобы соединиться с Потоцким позже. В общем, польские полководцы решили подавить восстание одних казаков руками других. Абсурдность этого решения стала очевидной очень скоро.

29 апреля (19 апреля по старому стилю) сухопутный отряд Потоцкого был атакован казаками и крымцами на Жёлтых Водах — на севере современных Пятихаток. Поляки быстро соорудили укреплённый лагерь и стали готовиться к обороне. На следующий день Хмельницкий и Тугай-бей предприняли штурм лагеря Потоцкого, но качественное превосходство в артиллерии сыграло свою роль — поляки выстояли. 1 мая штурм был повторен, но так же безуспешно. Началось позиционное противостояние.

Тем временем 3 мая старший Потоцкий получил весть о битве и двинулся на выручку сыну. Параллельно вечером того же дня «речной» отряд реестровцев высадился под Каменным Затоном, где его уже ждали посланники от Хмельницкого. На следующий день отряд взбунтовался, перебил большую часть старшины и немцев, Кричевского пленил и собрался на раду. На ней решили, не мешкая, двинуться на подмогу Хмельницкому и Тугай-бею. Старший Потоцкий тешил себя мыслью, что реестровые казаки не захотят соединяться с крымской кавалерией, но не учёл одного важного обстоятельства. Наказным гетманом отряда стал Филон Джалалий (он же Джеджалий) — по происхождению крымский татарин.

В итоге главные силы поляков так и остались под Чигирином, а потом отступили назад, к Корсуни, реестровцы же пошли на помощь восставшим запорожцам. 13 мая оба украинских отряда соединились, похоронив надежду Стефана Потоцкого победить казаков. 14 мая начался очередной штурм лагеря. Полякам чудом удалось отбиться, но во время боя полторы тысячи реестровцев из отряда младшего Потоцкого перешли на сторону Хмельницкого.

Так польский военачальник попал в собственную ловушку. Намереваясь убивать одних украинцев руками других украинцев, он в итоге остался без армии. Соединённые силы запорожцев, реестровцев и крымских татар превысили 11 тысяч человек против оставшихся полутора тысяч собственно поляков. Имея перед собой десятикратно сильнейшего противника, Стефан Потоцкий 14 мая пошёл на переговоры.

По предварительным условиям перемирия поляки должны были отдать казакам артиллерию, знамёна и выдать ненавидимого реестровцами комиссара Яцека Шемберга. Скорее всего, первые два условия были выполнены, третье — нет. Стороны обменялись заложниками — в руках украинцев оказался Стефан Чарнецкий, поляков — Максим Кривонос. Но вечером, воспользовавшись празднованием в польском лагере, Кривонос бежал.

Тугай-бей на следующий день 15 мая потребовал возобновить переговоры и даже лично беседовал с Потоцким, но мира достичь не удалось. Поляки осуществили неудачную попытку прорыва крымских позиций, но потеряли пленными несколько сот человек, в ответ начался последний штурм лагеря. Поляков осталось так мало, что они не смогли защитить его и укрылись в двух отдельных шанцах.

В первом часу ночи 16 мая последние четыреста поляков вышли из окружения и двинулись на север, но по пути были перехвачены крымскотатарской кавалерией. С боем им удалось прорваться на 10 километров, но в урочище Княжие Байраки они были разбиты и пленены. Стефан Потоцкий был ранен стрелой в горло и через три дня умер от гангрены.

Так бесславно завершилась попытка подавить начинающееся восстание Хмельницкого небольшими силами. Поляки глупо не учли важности крымско-украинского союза и позорно вознамерились заставить одних украинцев воевать против других украинцев. Оба расчёта не сработали. Крымскотатарская лёгкая конница хотя и не могла противостоять в лоб тяжёлой польской гусарии, но отлично прикрывала фланги запорожцев от польских контратак. Реестровцы не забыли десятилетий унижений и грабежа со стороны польских властей и при первой возможности воссоединились со своими единоверцами.

Лёгкая прогулка, предназначенная показать, «кто в доме хозяин», и с небольшими усилиями стяжать Стефану Потоцкому лавры великого полководца, обернулась для поляков маршем в ад. А украинские казаки и крымскотатарские аскеры продемонстрировали высочайшую эффективность своего союза: лучшая европейская пехота и отличная лёгкая кавалерия не раз ещё будут наносить поражения польским, а затем — и российским войскам.

Переход от противостояния к союзу Крыма и Украины сделал народы обоих государств непобедимыми. И если бы боевое братство крымских татар и украинцев удалось сохранить в следующем, XVIII столетии, кто знает, не подавилась бы Россия, пытая их проглотить.

Источник petrimazepa.com

Tweet about this on TwitterShare on FacebookShare on Google+

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

code