На чьи деньги должны существовать политические партии

Перегляди: 288

Улыбчивый и жизнерадостный Алехандро Салас — руководитель американского департамента международной организаци Transparency International. Он изучал политологию в Universidad Iberoamericana в Мехико, магистерскую работу по специальности «Публичная политика» защитил в гаагском Институтуте общественных дисциплин. До 1996 года работал сфере общественной политики в Мексике, затем пять лет в Институте Апойо, перуанском аналитическом центре. Его сотрудничество с Transparency International началось с 2002 года и продолжается до сих пор
В Киев Алехандро приехал из интереса к бурлению здешних политических страстей и принятому Верховной Радой закону о государственном финансировании политических партий. Именно эта реформа (закон вступает в силу в июне) и стала главной темой его беседы с корреспондентом ЛІГА.net.
— Для начала: в чем заключается основная идея государственного финансирования политических партий как антикоррупционного инструмента?

— Основная идея — предотвратить приход в политику «темных» денег, средств неясного происхождения, которые могут использоваться для продавливания чьих-то частных интересов. Проблема таких частных денег в политике в том, что они непрозрачны, их происхождение часто неясно и они не вносятся открыто. Как правило, такие «инвестиции» связаны с тем или иным криминалом. Используя такие деньги можно влиять на выборы и с большой вероятностью купить нужные результаты. Решения, которые будут в итоге работать не в интересах избирателей, а в интересах того, кто эти деньги заплатил, его друзей и близких к нему групп. В некоторых странах (включая мою родную Мексику) наркокартели, зарабатывающие на торговле кокаином и марихуаной, закачивают деньги в политику в расчете на то, что победившие с их помощью на президентских или парламентских выборах кандидаты им потом отплатят — принятием в интересах картелей политических решений и законов, которые, например, ослабят таможенный контроль или ограничат возможности полиции вмешиваться в определенных регионах и при определенных обстоятельствах. Примерно то же самое происходит и в Украине. Пусть даже у вас нет наших наркокартелей, но приток «темных» денег на выборы у вас все равно есть, причем по тем же самым причинам и с похожими последствиями. Именно для снятия такой угрозы бывает полезно ввести государственное финансирование политических партий — прозрачное и за счет уплаченных избирателями налогов.

— Одна из очевидных проблем, связанных с этим подходом — то, что с теми или иными политическими партиями связана не такая уж большая часть граждан Украины, а введение государственного финансирования партий означает, что оплачивать их существование придется буквально каждому. Понятно, что по сравнению с другими проблемами налогового менеджмента эта выглядит относительно мелкой, но противники госфинансирования партий на нее непременно укажут.

— Что же делать, работу демократических механизмов нужно финансировать так же, как и работу любых других. Если люди хотят, чтобы демократия работала в интересах большинства, платить за это придется именно большинству. Если этого не делать, все опять сведется к злоупотреблениям, которые, как показывает опыт, в итоге обходятся людям гораздо дороже. Конечно, люди сами для себя должны решить — хотят они оставить демократические процедуры под своим контролем или готовы отдать их на откуп олигархам. Для устоявшихся демократических сообществ это, конечно, вопрос праздный, но практика выборов показывает, что Украине еще предстоит его для себя по-настоящему решить. Пока что ситуация выглядит так, что в Украине олигархи — и вообще люди с деньгами, — неплохо научились использовать демократические процедуры с пользой для себя, а вот избиратели этого еще не умеют. Я вижу в этом еще один аргумент в пользу введения исключительно государственного финансирования партий. Тут есть еще один важный момент: даже если деньги идут из бюджета, все с ними связанное должно быть прозрачно, контролируемо и подотчетно. Публичными должны быть не только источники их поступления, но и цели, на которые они будут в итоге израсходованы.

Alexandro_Salas_630_2.jpg
— В Украине одна из существенных проблем — непрозрачная для налогоплательщиков система учета и движения уплаченных ими в бюджет налогов. Перечисленные в казну деньги для граждан просто исчезают, и получить отчет об их расходовании от официальных лиц и государственных органов — большая проблема.

— Понятно, что система мониторинга налоговых транзакций нужна не только для прозрачности расходов на политические партии, но и для любых государственных расходов — в этом смысле финансирование строительства дорог ничем не отличаются от финансирования выборов. И в том, и в другом случае это деньги каждого из налогоплательщиков, — ваши, его, её, всех. Государственные финансы во всех развитых демократических обществах полностью прозрачны, это естественное свойство демократии. И следствием этой общей открытости становится и требование к прозрачности финансирования политических партий. В конце концов, партии — это группы граждан, которые решают свои политические задачи, и раз уж они будут получать на это деньги из бюджета, избиратель имеет право на ясный отчет — на что эти деньги потрачены. У нас в Мексике работает общедоступная онлайн-система, которая в реальном времени показывает движение бюджетных средств — откуда правительство их получает и на что оно их тратит. Вплоть до того, кто из чиновников несет ответственность за ту или иную транзакцию. И раз уж такую систему сделали и в Мексике, и во множестве других стран, я не вижу рациональных возражений против запуска ее аналога и в Украине.

Салас: В Украине олигархи — и вообще люди с деньгами, — неплохо научились использовать демократические процедуры с пользой для себя, а вот избиратели этого еще не умеют.  

— Другая неясность: помимо политических партий, имеющих представительство в парламенте, есть еще и партии, в парламент не прошедшие. Причем они могут иметь парламентские перспективы, а могут их не иметь, или даже не хотеть. Как решается вопрос с государственным финансированием таких «аутсайдеров»?

— Вы ведь спрашиваете о том, как решается эта проблема в других странах? Потому что я не знаю, как точно ее решает закон, принятый в Украине. (От редакции: Закон решает эту проблему так: «Политическая партия имеет право получения государственного финансирования ее уставной деятельности, если на последних очередных или внеочередных выборах народных депутатов Украины ее избирательный список кандидатов в народные депутаты Украины в общенациональном многомандатном избирательном округе получил не менее двух процентов голосов избирателей от общего числа голосов избирателей, поданных за все избирательные списки кандидатов в народные депутаты в данном общенациональном многомандатном избирательном округе.» — Закон «О политических партиях в Украине», статья 17'3)

— Да, вопрос прежде всего о практиках, принятых в других странах.

— Насколько я знаю, единого подхода к решению этого вопроса нет. Если исходить из общих принципиальных соображений, право на доступ к государственному финансированию должны получать все политические группы, которые доказали свою способность конкурировать друг с другом на выборах. С другой стороны, я вполне понимаю и аргументы в пользу того, что именно государственное финансирование должно облегчать новым партиям включение в избирательный процесс. Ясно, что тут нужна известная аккуратность, потому что, например, если мы с вами встретились за чашкой кофе и решили создать собственную политическую партию, это не должно автоматически делать нас получателями государственного финансирования. Шутки шутками, но в некоторых странах создать партию действительно очень и очень просто. Поэтому, я думаю, главным принципом должно быть — мы не должны делать эту систему закрытой, доступной только для уже существующих игроков, ее следует строить в расчете на расширение конкуренции, но при этом в ней должна быть надежная система контроля. Не навязчивая, не подавляющая, но с четкими и понятными критериями, по которым будет определяться, может новая политическая группа получить доступ к государственному финансированию или нет.

— Получается так: политическая партия создается на частные средства, развивается на частные средства, и подключается к государственному финансированию, когда начинает удовлетворять критериям?

— Я считаю, что это возможный вариант. Учитывая, что новые партийные структуры требуют инвестиций в организацию, в разработку и уточнение идеологической платформы, в начальное распространение своих взглядов — все это требует средств, которые им получить неоткуда, кроме как от частных лиц. Ничего действительно опасного в этом нет, опасным может стать только создание заведомо неравных финансовых условий для партий в процессе выборов, а эта опасность как раз и снимается государственным финансированием по единым для всех правилам. Ты выходишь на общественно значимый уровень — ты получаешь доступ к общественным средствам. И опять же — вам, может, уже надоело слышать о прозрачности и подконтрольности всех таких процессов, но без этого результатов добиться не получится. Партии должны научиться существовать под постоянным общественным контролем, — не угнетающим, но настойчивым. Точно таким же прозрачным должен быть и процесс принятия решений о выделении партиям финансирования, чтобы не сложилась ситуация, когда старые партии получат возможность отсекать от бюджета более молодых политических конкурентов. То есть, все должны иметь возможность выяснить, по каким критериям одна политическая партия имеет доступ к деньгам налогоплательщиков, а другая не имеет.

— Единые правила игры.

— Единые правила игры, которые все понимают, с которыми все согласны и по которым все готовы играть. И в создании которых, кстати, все имели возможность участвовать.

Alexandro_Salas_630_3.jpg

— А как госфинансирование партий сочетается с тем, что них сохраняются и собственные источники средств — часто вполне уставные. Членские взносы, например, или законные пожертвования. Даже при регулярном внутреннем и внешнем аудите возможность для злоупотреблений тут просматривается.

— Я не хотел бы вдаваться в детали, но практически во всех странах и при любом уровне контроля находятся варианты «теневого» финансирования. Поэтому создание системы доступа партий к государственному бюджету не заканчивается формальным принятием законов, оно с него только начинается. Затем эта система должна развиваться, включать поправку на новые обстоятельства, выявленные практикой, и блокировать обнаруженные возможности для злоупотреблений. Естественно, здесь очень важна работа органов контроля, антикоррупционных служб, опять же — общественного надзора. Когда все эти механизмы нормально налажены, я уверен, что собственно государственная часть системы может работать совсем неплохо. Что же касается «темной стороны» — которая, повторюсь, есть абсолютно у любой подобной системы, в любой стране, — то чем сильнее гражданское общество, чем свободнее журналистика и СМИ, тем проще выявить такие злоупотребления. В Украине в этом смысле перспективы очень хорошие — у вас именно гражданское общество пока остается инициатором и двигателем большинства перемен.

— Давайте возьмем проблему госфинансирования партий чуть шире. Политические партии в этом процессе — только одна из сторон, подверженных злоупотреблениям и влиянию олигархов. Легко представить, что коррумпированной может быть и сама государственная система, которая отвечает за доступ партий к бюджету.

— Мировая практика показывает, что крупные финансовые группы, олигархи и криминальные синдикаты, вроде мексиканских наркокартелей, никогда не прекращают попытки заполучить возможность влиять на политические процессы. И борьба с такими поползновениями — это совершенно обязательная и неизбежная часть политики. Все, что я выше говорил про методы борьбы с партийной коррупцией, относится и сюда, но поскольку речь идет о возможной коррумпированности государственных институтов, то особое значение приобретает общественный контроль, постоянное внимание со стороны гражданского общества. Помогает еще и то, что значительная часть государственной коррупции связана с «монетизацией» права чиновников на принятие решений — а этому можно противодействовать, создавая инструменты для общественного мониторинга сделок, проводимых государством, отслеживания конкурсов на заключение договоров с коммерческими компаниями и так далее. В Боливии, например, государственные тендеры транслируются по телевидению, так что любой телезритель может отслеживать предложения по интересующим его государственным контрактам. Что касается Украины, то я за полтора дня пребывания в Киеве так много услышал об украинской изобретательности и инициативности, что совершенно не сомневаюсь в вашей способности придумать что-нибудь поинтереснее, чем телевизионные трансляции тендеров. И уж точно вы лучше меня должны знать, куда нужно смотреть, чтобы увидеть, кто из ваших политиков и чиновников чрезмерно увлечен не своим (или не вполне своим) делом.

Салас: Граждане Украины лучше меня должны знать, куда нужно смотреть, чтобы увидеть, кто из ваших политиков и чиновников чрезмерно увлечен не своим (или не вполне своим) делом.  

— Чтобы не сложилось впечатление, что госфинансирование политических партий это универсальное решение, вспомним о подходе, принятом в Соединенных Штатах. Там есть и полная прозрачность для общественного контроля, и неусыпный надзор за партийными доходами и расходами со стороны ФБР, — и при этом практически вся политическая активность финансируется не госбюджетом, а из частных фондов. Насколько их опыт может быть перенесен в другие страны — или он жестко завязан на американские обстоятельства и институты?

— Можно спорить об этом, конечно, но лично я считаю, что политическая сфера в Соединенных Штатах находится в очень плохом состоянии. Если вы следите за ходом нынешней президентской избирательной кампании, вы вполне можете составить впечатление, какое влияние на нее оказывают «денежные мешки». Мотивы у них те же самые — они покупают политическое влияние в надежде затем «монетизировать» выгодные для них политические решения, и система им в этом не препятствует. Там это нормально. Но я бы решительно не рекомендовал строить здешнюю политику по такой модели.

— А по какой рекомендуете?

— Мы в Transparency International отслеживаем множество действующих политических моделей, смотрим на их особенности, преимущества и недостатки, и по результатам их анализа выработали набор ясных принципов, в действенности которых вполне уверены. Это не значит, что мы эти принципы кому-то навязываем, вовсе нет. Мы оцениваем состояние политической среды и выбираем для сотрудничества общественную структуру, которая лучше всего с нами совпадает по подходам (в случае с Украиной это, что неудивительно, Transparency International Ukraine) и объединяет местных активистов, которые разбираются в местных условиях и местной политике заведомо лучше нас, знают, кто тут главный олигарх, а кто только им притворяется, кто с кем дружит, кто под кого копает, с кем можно иметь дело, а с кем не стоит. Мы исходим из того, что решение политических проблем должно быть найдено внутри страны. Само собой, это не исключает возможности пользоваться международным опытом, применять лучшие практики, адаптируя их к местным условиям. Но вот американские практики я бы для Украины точно не стал предлагать. Внедрение подобных механизмов приведет только к тому, что ваши олигархи, которые и без того широко скупают инструменты политического влияния, смогут делать это вполне открыто, и тем самым возможные перемены к лучшему будут просто заблокированы. Поэтому я в случае Украины рекомендую серьезно рассмотреть именно вариант с развитием системы государственного финансирования партий — с параллельным усилением общественного контроля над всеми элементами этой системы.

Tweet about this on TwitterShare on FacebookShare on Google+

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

code