РАСПАД ПРАВОСОЗНАНИЯ – РЕФОРМЫ УКРАИНСКОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА

Перегляди: 243

ИЗМЕНЕНИЯ В ПРАВОВОМ ПОЛЕ УКРАИНЫ ЗА ПОСЛЕДНИЕ ГОДЫ СПОСОБНЫ ВВЕСТИ В ЗАБЛУЖДЕНИЕ НЕ ТОЛЬКО НАРОД, НО И СПЕЦИАЛИСТОВ. КАКОМУ ПРАВУ СООТВЕТСТВУЕТ НАШЕ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО

Распад правосознания – реформы украинского законодательства

В мае 1918 года Владимир Винниченко записал в дневнике, что читать украинскую историю необходимо с бромом.

Однако если мы начнём внимательно изучать историю отечественной правоприменительной практики, особенно пяти или шести последних лет, то, боюсь, бромом не обойтись. Нужны препараты сильного седативного действия.

Я почему такой отрезок времени взял? До этого что ли не было у нас юридических «шедевров»? Были, конечно. Достаточно вспомнить эпопею с роспуском парламента в 2007 году.

Но все же где-то с конца 2010 года начала разрушаться правовая система и правосознание населения (даже в том угнетённом виде, что были) как таковые.

Причём каждое событие на этом пути распада с годами обрастает мифами и порождает в сознании людей лживое представление о сути происходящего в государстве.

Возьму как точку отсчёта решение Конституционного Суда Украины, которым был отменён Закон, внёсший изменения в Конституцию Украины в 2004 году, в результате чего в 2006 году мы получили парламентско-президентскую республику.

Вот кричат, что Конституционный Суд Украины совершил государственный переворот. А кто из тех, кто верит в это, задумывался почему уже три года никто не привлечён к ответственности?

Давайте-ка я угадаю ответы: «зрада», «продали», «бо не всіх люстрували». Ну, есть ещё пара-тройка вариантов.

А теперь я попытаюсь исключительно на основе анализа дать правильный (надеюсь) ответ.

Смотрите. В 2004 году этот Закон был принят действительно с очевидными нарушениями процедуры. Именно поэтому Конституционный Суд Украины и не мог вынести никакого другого решения, кроме признания Закона не соответствующим Конституции Украины.

Что же касается заявлений о том, что, мол де, ранее он не принял к рассмотрению аналогичное конституционное обращение, то посоветую найти его, прочесть и понять, что там говорилось совсем о другом и по-другому.

Просто это решение Конституционного Суда Украины фактически не могло уже иметь никаких последствий. Потому что непосредственно Конституции Украины оно не касалось. Туда изменения могли быть внесены только по чётко установленной процедуре.

Именно поэтому в 2014 году и было возобновлено действие Конституции Украины в редакции 2004 года.

Тем более, для признания незаконным какого-либо решения любого суда оно сперва должно быть отменено как незаконное. И только в установленном законом порядке. Решение Конституционного Суда Украины обжалованию не подлежит вообще.

Думается, что именно по этой причине ни один здравомыслящий следователь и прокурор не предъявят подозрение кому-либо из судей. Просто потому, что кроме оправдательного приговора никакого результата получить нельзя.

Что же касается должностных лиц Администрации Президента Украины, то вообще не вижу оснований рассматривать с точки зрения уголовного права их участие в этом процессе. С юридической стороны они вообще посторонние. Их полномочия ни одним законом не определены. Это так, канцелярия.

На самом деле, вопросы нужно ставить перед теми, кто принял решение возобновить действие Конституции Украины в редакции 1996 года.

Кто и зачем опубликовал текст старой редакции Конституции в официальных печатных органах? Как реагировала Генеральная прокуратура Украины и Служба Безопасности Украины на факт этой публикации?

Что сделали народные депутаты Украины, в том числе, от оппозиции? Почему они принимали участие в голосованиях по назначению Премьер-министра Украины на основании старой Конституции? Как они могли утвердить в должности новых Генерального прокурора Украины и Главу СБУ? Отчего они тогда считали их вообще таковыми на протяжении 2010 – 2014 годов? И многое, многое другое…

Вот на эти вопросы и нужно искать ответы. Но, судя по публикациям в СМИ, это остаётся в тени. Почему?

Потом было «дело» по обвинению Юлии Тимошенко, более похожее на «Процесс» Кафки. И пошло-поехало…

Но, что ни говори, при Викторе Януковиче решению всякого рода «скользких» проблем пытались придать видимость (пускай и корявую) законности.

Например, захотели заблокировать работу Верховного Суда Украины и сразу создали Высший специализированный суд. И всем высшим судам дали право принимать решение – отправлять дело для рассмотрения в Верховный Суд Украины или не отправлять. Всё. Суд остался почти без дел.

Однако то, что начало происходить потом, даже революционными условиями трудно объяснить.

Начну с проведённой Верховной Радой Украины в феврале 2014 года полной реабилитации без решения суда целого списка лиц, снова-таки лишь депутатами определённых, как политические заключённые.

Насколько мне известно, на сегодня лишь Юлия Тимошенко обратилась в Верховный Суд Украины и была полностью оправдана в инкриминируемых ей «преступлениях».

Что же касается других дел, то вопрос намного интереснее. И вопрос этот (снова почему-то) не ставится журналистами перед правоохранительными органами, хотя ранее они с этих тем «не слезали».

Проблема в чём. Если по уголовному делу, по которому были осуждены или находились под стражей определённые лица, принято решение о реабилитации подсудимого, подозреваемого или обвиняемого (по старому Уголовно-процессуальному кодексу Украины), то это совсем не значит, что само уголовное дело (теперь – уголовное производство) кануло в Лету.

Возьмём для почина дело об умышленном убийстве судьи Шевченковского районного суда города Киева Сергея Зубкова. Более известное, как «дело Павличенко».

Итак, Павличенко Дмитрий и Павличенко Сергей реабилитированы. Прекрасно. Однако же факт убийства остаётся. Или нет?

По всем правилам после реабилитации правоохранительные органы (в нашем случае – полиция) должны незамедлительно приступить к раскрытию убийства. Хочу спросить: ну что там? Как досудебное расследование движется? Какие версии отработаны?

Тот же вопрос нужно задавать по поводу взрыва в Свято-Покровском храме Запорожья, повлекшего убийство и телесные повреждения людей. Напомню по более звучному названию – «дело пономарей».

Дело по обвинению нынешнего народного депутата Украины Андрея Белецкого. Тут другой вопрос (на этот раз, скорее, к органам прокуратуры): если обвинение в совершении преступления было сфальсифицировано, то как быть с потерпевшим в том уголовном деле? Может нужно привлекать его к уголовной ответственности? А как насчет работников прокуратуры, СБУ и органов внутренних дел, которые были причастны к задержанию и привлечению к уголовной ответственности реабилитированного гражданина?

Аналогичная история с уголовным делом, где фигурировал ещё один нынешний народный избранник — Игорь Мосийчук. Что там, господа прокуроры, с привлечением фальсификаторов по уголовному делу? Кто наказан за содеянное?

Кстати, немного отходя в сторону, хотел бы обратиться к уважаемым журналистам с предложением быть немножко более критичными к высказываниям интервьюируемых лиц и, по возможности, проверять заявления, которые они делают. Тем более, когда речь идёт о совершении преступления.

Ну, например, тот же Дмитрий Павличенко в мае 2016 года дал интервью интернет-изданию «UkrPress.info» в котором утверждает, что в Лукьяновском СИЗО встречался с человеком, проведшим под стражей около двух лет за кражу ступицы от старого трактора. И ещё он рассказал, что также разговаривал с находящимся под стражей полтора года человеком, укравшим два мешка колосьев пшеницы у бабушки, которая и заявления о краже не подавала. И он при том сам ей эти мешки вернул.

Я не буду утверждать, что я прав, но давайте вместе поразмышляем.

Много Вы, уважаемые читатели, видели фактов, когда полиция (милиция) вносит ведомости в Единый реестр досудебных расследований (или раньше – возбуждает уголовные дела) без заявления потерпевшего? То-то и оно! Там и с заявлением добиться начала производства непросто.

Что же касается ступицы от старого трактора или двух мешков колосьев, то даже если это совершено с проникновением в жилище или хранилище, то и в таком случае уголовного производства не будет. Просто через суд такое дело с обвинительным приговором никогда «не пройдёт».

Да и взять под стражу такого человека не представиться никакой возможности. Тем более, кто будет продлевать сроки содержания под стражей?

Так что снова, уважаемые журналисты, для Вас поле деятельности. Узнайте в Лукьяновском СИЗО, прокуратуре города Киева и прокуратуре Киевской области, содержались ли с 2011 по 2016 годы такие лица в следственном изоляторе? И какова их судьба? Квалифицироваться их действия могли максимум по части третьей статьи 180 Уголовного кодекса Украины.

Но это пока так, разминка. Хочу обговорить ещё более животрепещущий вопрос: заочное привлечение к уголовной ответственности.

Помнится, недавно в СМИ обсуждались доходившие из стен Генеральной прокуратуры Украины новости о том, что ряд бывших руководителей государства будет привлечен (заочно) к уголовной ответственности, и уголовные производства в отношении них до конца этого года будут направленны в суд.

Потом, правда, Главный военный прокурор Анатолий Матиос сказал, что нужно срочно вносить изменения в действующий Уголовный процессуальный кодекс Украины, иначе эти лица уйдут от ответственности.

Сразу отмечу, что я, мягко говоря, не большой поклонник некоторых персон, которым хотят заочно предъявить (или предъявили?) подозрение о совершении преступления и заочно осудить. Но какая разница, как я или другие к кому-то относятся? Давайте рассуждать в рамках закона и международного права.

Не претендую на истину. Я просто изложу моё видение возможности заочного осуждения и внесения других изменений в Уголовный процессуальный кодекс Украины специально для расследования каких-то уголовных производств. Соглашаться или не соглашаться со мной – дело Ваше.

Начну с основы основ – Конституции Украины.

Статься 64 Конституции Украины предусматривает, что права и свободы гражданина не могут быть ограничены, кроме некоторых случаев в условиях военного времени или чрезвычайного положения. Но даже в таком случае нельзя ограничить права, предусмотренные статьёй 58 этой Конституции.

Что же это за такие права, которые даже во время войны нельзя нарушать?

Статья 58 Конституции Украины говорит нам о том, что законы и другие нормативно-правовые акты не имеют обратной силы во времени, кроме случаев, когда они смягчают или отменяют ответственность лица.

Тогда ответьте мне, пожалуйста, если вводится особый порядок заочного расследования и рассмотрения дела в суде – это, на Ваш взгляд, ухудшает положение подозреваемого? Или нет?

Однозначно ухудшает. Как ни крути.

Тем более ухудшат положение подозреваемого нормы, которыми увеличится или вообще будет отменён срок досудебного расследования по уголовным производствам где лицу объявлено о подозрении в преступлении.

Так тогда пусть объяснят, как эти нормы будут «обходить» в судах? И какая перспектива обвинительных приговоров после поступления их на рассмотрение в Европейский суд по правам человека?

Аналогичные перспективы (если не хуже) будут иметь нормы о спецконфискации. Вот тут некоторые парламентарии недели прожить не могут, чтобы не призвать Верховную Раду Украины к его принятию. Прямо как Катон Старший со своим знаменитым: «Карфаген должен быть разрушен!».

В таком случае, кроме статьи 58 Конституции Украины, нашим законодателям, а потом и правоохранителям придётся «не заметить» ещё и статью 62 Конституции Украины, действие которой, кстати тоже нельзя никоим образом ограничить в военное время.

Процитирую выдержку из неё: «Лицо считается невиновным в совершении преступления и не может быть подвергнуто уголовному наказанию, пока его вина не будет доказана в законном порядке и установлена обвинительным приговором суда.

Никто не обязан доказывать свою невиновность в совершении преступления».

И ещё статья 41 Конституции Украины также говорит о том, что никто не может быть противоправно лишён своей собственности. Право частной собственности есть нерушимым.

Так что максимум, что можно сделать – это наложить арест на такое имущество. До решения суда.

Но даже если у нас и внесут изменения во все возможные законы, то и в этом случае правоохранительные органы и суды (захотят они этого, или нет) вынуждены будут считаться с нормами международного права, которые являются неотъемлемой частью отечественного законодательства.

Я не буду подробно их описывать и цитировать. Скажу только, что все они запрещают применять обратную силу закона и принимать решение без честного и доступного суда. В этом же случае можно гарантировать только честность рассмотрения. Что же касается доступности, то тут большая проблема, как Вы все понимаете.

И потом, даже если взять того же Виктора Януковича, то как собираются применять к нему действующие нормы специального досудебного и судебного расследования уголовного производства, если в этих нормах, что внесли изменения в Уголовный процессуальный кодекс Украины, чётко указано, что лицо в отношении которого ведётся такое производство, должно находиться в розыске.

Тогда куда девать статьи 281 – 282 Уголовного процессуального кодекса Украины, которые чётко говорят, что при установлении местонахождения лица розыск должен быть прекращён.

Извините, мы не знаем где находится Виктор Янукович? Тогда кто говорил из зала суда в Ростове-на-Дону?

И вообще хотелось бы поглубже разобраться с этой видеоконференцией.

Все обсуждали, что и кем было сказано в ходе допроса. Но мало кто задумывался, по крайней мере – в СМИ, как происходило это следственное действие.

Виктора Януковича допросили в качестве свидетеля. Это раз! То есть его предупредили об уголовной ответственности за дачу ложных показаний и отказ от дачи показаний! Прекрасно!

В таком случае, когда кто-то задумает его допросить уже как подозреваемого по тем же вопросам, то это будет грубым нарушением его прав. Фактически в таком случае можно говорить, что его лишили прав подозреваемого на защиту.

Второе. Как расценивать то ли объявление, то ли заочное объявление (или зачитывание) ему подозрения? Почему его тогда дальше допрашивали как свидетеля?

Третье. Виктор Янукович и его украинский адвокат находились в зале суда на территории Российской Федерации. Если в зале суда Ростова-на-Дону временно действовало законодательство Украины, то тогда всё нормально. Но оно же, разумеется, не действовало. Тогда как его можно предупреждать о уголовной ответственности за дачу заведомо неправдивых показаний и допрашивать ПО законодательству Украины. И имеет ли его адвокат право на адвокатскую практику в Российской Федерации? Если – да, то уже проще. А если – нет? Тогда была ли предоставлена Виктору Януковичу помощь адвоката?

И это я, дорогие читатели, приоткрываю только малую толику мною увиденного и сразу поставившего в тупик.

Кроме того, следует помнить, что Виктор Янукович не просто гражданин, а Президент Украины. Да-да. Согласно статье 105 Конституции Украины звание Президента Украины за лицом сохраняется вечно, если только он не был смещён в порядке импичмента.

Вы помните, чтобы был импичмент? Вот то-то и оно.

Но эта же статья говорит, что на период исполнения полномочий Президент Украины пользуется абсолютным иммунитетом. Поэтому сомнительны все уголовные производства, внесённые в Единый реестр досудебных расследований относительно Виктора Януковича в период исполнения им полномочий Президента Украины.

Импичмент ему не объявили, но нового Президента Украины избрали. Он остался Президентом Украины, по крайней мере де-юре? Пусть и заграницей. Бог его знает.

Тогда можно ли до марта – апреля 2015 года что-то вообще в отношении него в этот ЕРДР вносить?

Короче, у нас с Вами сплошные загадки. И кто, и как их решит, пока задача с очень многими неизвестными.

С тем заканчиваю. Всего вам хорошего!

Источник Экономист

Tweet about this on TwitterShare on FacebookShare on Google+

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

code