Хотим всё знать. Кто блокирует работу Нацагентства по вопросам противодействия коррупции

Перегляди: 459

Член Нацагентства по вопросам противодействия коррупции Виктор Чумак рассказал , кто тормозит запуск ведомства, почему до сих пор не удалось никого привлечь к ответственности за неправдивую декларацию и как будут мониторить образ жизни политиков и чиновников

 

27 января регламентный комитет Верховной Рады проголосовал за вынесение на голосование представления о снятии депутатских полномочий с Виктора Чумака. По словам Чумака, главным аргументом комитета является распоряжение Кабмина о назначении его на должность в Нацагентство по предотвращению коррупции (НАПК), что якобы говорит о совмещении должностей.

28 января Виктор Чумак написал заявление о выходе из фракции Блока Петра Порошенко «Солидарность». «Трудно терять мощный инструмент решений вопросов политики — фракцию и вменяемых людей, которые там остаются. Но и оставаться вместе с компанией людей, которая последовательно валит все антикоррупционные инициативы невозможно. Остаюсь внефракционным», — написал он в Facebook.

Также Чумак принял решение отказаться от должности в НАПК. «Решение об участии в конкурсе на должность члена НАПК я принимал не один. Был делегирован туда коалицией общественных антикоррупционных организаций, представителями экспертной среды и частью вменяемых народных депутатов. После незаконного решения регламентного комитета мы провели совместную консультацию. Большинство склоняется к мысли, что работать мне там не дадут. И неизвестно, когда оно заработает. К сожалению», — написал он.

********

Со дня создания НАПК прошёл почти год — всё это время ведомство существует лишь на бумаге и вокруг него постоянно плетутся интриги. В начале июня Кабмин утвердил состав конкурсной комиссии, которая должна была избрать пять членов агентства. Однако выяснилось, что представителей от общественности в комиссию делегировали никому не известные общественные организации, часть которых зарегистрирована по одному и тому же адресу. Активистам удалось добиться переформатирования комиссии, но из числа кандидатов, претендовавших на пост члена НАПК, так и не удалось выбрать хотя бы четырёх человек — критично необходимое количество для начала работы ведомства. В итоге в конце 2015 года были назначены три члена агентства, а для замещения оставшихся двух вакансий конкурс проведут заново. Под новый год депутаты преподнесли членам НАПК ещё один сюрприз: в уже подписанном законе о государственном бюджете оказалась поправка, откладывающая на 2017 год электронное декларирование, с помощью которого агентство должно было мониторить достаток политиков и чиновников.

Кто он

Член Национального агентства по вопросам противодействия коррупции

Почему он

Знает, как бороться с коррупцией

Поправка на коррупцию

Начнём, пожалуй, со скандальной поправки в бюджете 2016 года. Как всё-таки получилось, что электронное декларирование у нас заработает лишь в следующем году?

— Я дважды общался с автором этой поправки Владимиром Мисиком. Он объяснил, что если НАПК не работает, то зачем нужно электронное декларирование, предусмотренное с 1 января 2016 года, тем более что и декларации подавать некуда. Но как некуда?! Декларации можно подавать и в бумажном виде, этого делать никто не запрещает. А электронное декларирование НАПК, к примеру, могло бы запустить в марте. Что касается техники, как эта поправка появилась в законе, то оказалось, что её на заседании Бюджетного комитета ВР быстро огласил замглавы комитета Андрей Деркач. Насколько мне известно, поправку поддержал Нестор Шуфрич. Никто против не выступил, потому как эта поправка вообще никакого отношения к бюджету не имеет. Потом, когда бюджет рассматривался в парламенте, таблицы поправок не было. Нам просто объявили, что закон вносится в редакции комитета. Мы проголосовали, хотя, конечно, это плохо.

Какие у вас теперь отношения с Андреем Деркачем, учитывая то, что он собирается подать на вас в суд?

— Не понимаю сути его иска. Я не сказал о нём ничего плохого. Заявил лишь, что он является одним из авторов поправки. И это правда. Всё остальное о нём писали СМИ. За что со мной судиться — не понимаю.

Найдутся ли голоса, чтобы отменить эту поправку?

— Конечно, найдутся после всего этого крика и шума. Вопрос в другом: теперь нужно вносить проект закона, который решил бы проблему электронного декларирования в этом году.

Что изменится, когда заработает система электронного декларирования?

«Обществен­ные интересы в стране, где коррупция является средой, намного важнее, чем защита частных интересов полити­ческих персон»

— Все, кто подадут электронные декларации в этом году, автоматически освобождаются от ответственности, если у них окажется имущество, которое они раньше не обязаны были декларировать. В декларацию нужно будет вписывать все активы и всё ценное движимое имущество, которое стоит свыше $2 тыс. (50 минимальных зарплат). Если чиновник подал бумажную декларацию, а в следующем году подаст электронную, где задекларирует бриллиантовое колье, которое раньше не надо было декларировать, возникнет вопрос: откуда оно взялось? Это будет подпадать под признаки незаконного обогащения, и НАПК проведёт углублённую проверку по этому чиновнику.

И всё же чиновники по-прежнему могут подавать бумажные декларации. Выходит, информация, скажем, о наличии того же бриллиантового колье, для вас так и останется закрытой?

— Да, теоретически они могут подавать бумажные декларации, но в подготовленном законопроекте есть настоятельная рекомендация переподать декларации в электронном виде.

Как будут проверять информацию в декларациях?

— Для чиновников 1-й категории НАПК всегда будет проводить полную проверку, запрашивать информацию во всех органах и даже проводить опрос среди соседей, потому что система финансового мониторинга предполагает не только проверку деклараций, но и проверку стиля жизни. По всем остальным мы будем проводить полную проверку, если в их декларациях что-то не сойдётся. Сейчас 48 депутатов обратились в Конституционный суд, чтобы добиться признания незаконности этой системы мониторинга. Они считают её оперативно-розыскной деятельностью. Но это не так. Стиль жизни чиновника можно проверить благодаря журналистам, поинтересоваться у соседей, на каких авто он ездит. Для этого не нужно проводить ОРД — всё можно сделать открыто.

Что произойдёт после того, как вы найдёте несоответствия в декларации?

— Мы публично заявим о том, что нашли такие-то несоответствия, что они могут нести риски коррупционных преступлений, после чего передадим все материалы в правоохранительные органы. Если это топ-чиновники — в НАБУ, в остальных случаях — или Государственному бюро расследований, или Нацполиции. Надеюсь, что ГБР запустится к началу июня.

Электронное декларирование предполагает автоматическую проверку предоставленных данных. В чём её главная особенность?

«Проблема не в том, что берут взятки. Проблема в том, что их дают. И людей, которые готовы дать взятку, гораздо больше, чем тех, кто готов взять»

— Специальная программа будет сравнивать полученные деньги, потраченные деньги и имущество декларанта. С годами она будет находить несовпадения между тем, сколько чиновник заработал и какое имущество у него появилось. Что ещё важно, система будет полностью открытой, и любой человек сможет посмотреть декларации госслужащих, узнать, кто и как живёт. Сейчас идёт очень интересная дискуссия о границах открытости государственной власти. Но у нас неправильно понимается частный интерес в государственной деятельности. Люди, которые идут во власть, должны забыть о своей частной жизни, потому что общественный интерес в стране, где коррупция является средой, намного важнее, чем защита частных интересов политических персон. Не хотите, чтобы считали ваши кольца, часы и браслеты — не идите в политику. Занимайтесь бизнесом.

НАПК как-то сможет проверить декларации за прошлые годы?

— Да, в новом законопроекте это предусмотрено. Но это не значит, что половина страны получит обвинения в незаконном обогащении, потому что это ещё нужно будет доказать. Сама статья о незаконном обогащении появилась в 2014 году, а вступила в силу в прошлом году. Всех, кто незаконно нажил своё имущество до появления этой статьи, нельзя будет привлечь к ответственности, потому что закон не имеет обратной силы. Ответственность за неправдивое декларирование появилась только 26 апреля прошлого года, а все декларации подавались до 1 апреля прошлого года. Соответственно, за неправдивое декларирование тоже нельзя привлечь к ответственности. В новом законе будет предусмотрена возможность исправить информацию в декларации в течение недели. То есть не через полгода вспомнить, что миллиард не задекларирован, а сразу.

Палки в колёса

Ваше ведомство до сих пор не работает. Почему конкурсная комиссия сразу не смогла выбрать всех пятерых членов НАПК?

— Потому что эта комиссия очень разнородная. Три её члена представляют гражданское общество, их поддерживают антикоррупционные общественные организации. Есть ещё два члена комиссии, которые говорят, что тоже представляют гражданское общество, но раньше в антикоррупционных кругах о них ничего слышно не было. Оставшиеся трое представляют органы власти. Это замминистра юстиции, замглавы АП и глава Нацгосслужбы. Понятно, что замглавы АП представляет интересы президента, замминистра юстиции — Кабмина. Но кого, спрашивается, представляет глава Нацгосслужбы? У меня впечатление, что он тоже представляет АП. Потому что, смотрите, какая интересная ситуация получилась. Когда мы с Александром Скопичем были избраны членами НАПК, комиссия договорилась проголосовать ещё за двоих человек, чтобы агентство начало работу. Это не была кулуарная договорённость — она звучала перед телекамерами. Когда поставили на голосование кандидатуру Натальи Корчак, её поддержали 6 человек, включая гражданских активистов. Но когда голосовали за Фёдора Вениславского, глава Нацгосслужбы его не поддержал. Именно его голоса не хватило для назначения четырёх членов НАПК, чтобы агентство заработало. На чью мельницу, скажите, он лил воду, если раньше перед камерами говорил, что будет голосовать? Пришлось объявить новый конкурс.

Виктор Чумак: «Люди, которые идут во власть, должны забыть о своей частной жизни»

Какова вероятность, что конкурсная комиссия и после нового конкурса не выберет недостающих членов НАПК?

— Если это произойдёт снова, будет понятно, кому не нужна работа агентства.

В законе сказано, что для работы НАПК достаточно трёх членов. Они есть. Почему вы медлите со стартом?

— Да, сказано. Но в ст. 35 этого же закона написано, что лица, занимающие ответственные должности в коллегиальных органах, не имеют права участвовать в принятии решений, касающихся их личных интересов. И тут ситуация какая? Чтобы НАПК приняло какое-либо решение, нужно три голоса.

Вы сейчас говорите о трёх голосах, которые нужны для выбора главы агентства. Почему нельзя сначала принять решение о начале работы, а главу выбрать, когда назначат ещё хотя бы одного члена?

— В этом нет смысла. Первое заседание должно быть посвящено выбору главы, потому что он подписывает все распорядительные документы. Не временно исполняющий обязанности, не заместитель, а глава. Набирает людей в агентство тоже только глава. Поэтому для начала работы НАПК надо минимум четыре человека. Вот тогда можно работать.

 Какие реальные сроки начала работы агентства?

— Формально это должно случиться не позднее конца февраля. Мы уже обратились в конкурсную комиссию с просьбой работать не покладая рук. Ведь нам не позднее конца февраля — начала марта нужно объявить о начале электронного декларирования. К этому времени должно быть готово программное обеспечение и люди, которые будут обучать депутатов ВР, чиновников Кабмина, АП, ГПУ и судей, как правильно заполнять электронные декларации. Это те, кого мы хотим в первую очередь охватить нашей любовью.

 Будете ли вы претендовать на должность главы НАПК?

— Да. Но это вопрос компромисса между пятью людьми, и я готов уступить должность главы более сильному кандидату, если так будет нужно. Плюс НАПК в том, что все его члены имеют одинаковые права — никто не может у меня забрать право разговаривать с вами, быть публичным. Глава лишь представляет агентство во внешних отношениях.

«Сейчас Украина по индексу восприятия коррупции Transparency International находится на 143-м месте. Если через четыре года мы войдём в 50–60 стран по невоспри­я­тию коррупции, это будет большим успехом»

Денежные рамки

Вы удовлетворены финансированием, предусмотренным для НАПК?

— Нет. Причём я постоянно слышу манипуляции с цифрами. Говорят, например, что на НАПК выделено почти 490 млн грн. На самом деле из этих средств 391 млн пойдёт на финансирование политических партий, что очень важно для предотвращения политической коррупции. А вот на само агентство останется 96 млн грн. Из них 63 млн уйдут на зарплаты. Причём зарплаты будут невысокими — на уровне секретариата Кабмина. Это большая проблема. У сотрудников агентства должны быть такие же зарплаты, как в НАБУ (к примеру, оклад детектива НАБУ составляет 32–35 тыс. грн. — Фокус). Эти люди будут работать, чтобы предотвращать коррупцию в партиях.

Вы представляете моральную нагрузку? Понятно, что зарплата не спасает от коррупции, но она стимулирует не поддаваться. Я об этом говорил с представителями Бюджетного комитета и с правительством. Кроме того, мы должны предусмотреть статью расходов на НАПК в фонде для поддержки госслужбы европейскими институциями, о котором говорит премьер-министр.

Вы имеете в виду тот самый фонд, о котором премьер-министр говорит уже полтора года?

— Да (смеётся). Но сейчас теоретически он может появиться. Считаю, что в перечне расходов этого фонда отдельной строкой должно идти НАПК. Если фонда не будет, я сам пойду во все европейские и мировые институции. В МВФ, который очень хотел создать НАПК, во Всемирный банк. Изначально, когда это агентство задумывалось, мы рассчитывали, что европейские институты будут нашей опорой — они заинтересованы, чтобы не разворовывались их деньги, транши МВФ, Всемирного банка, которые предоставлялись Украине. МВФ очень просит, чтобы у нас заработало электронное декларирование, потому что они хотят мониторить, откуда у принимающих решения лиц что берётся, как у них растёт достаток.

Сколько людей будет работать в агентстве?

— 311 человек, в том числе те, кто будет работать в региональных подразделениях.

Вы верите в то, что с помощью НАПК удастся побороть коррупцию в сфере финансирования политических партий?

— Конечно, верю. Иначе я бы этим не занимался. Вопрос во времени — как быстро это можно сделать? Любая дорога начинается с первого шага, потому что нельзя за один день поменять всё в насквозь коррумпированной стране. Проблема же не в том, что берут взятки. Проблема в том, что их дают. И людей, которые готовы дать взятку, гораздо больше, чем тех, кто готов взять. Вы идёте в поликлинику — несёте 50 грн медсестре. Мелочь, но с этого всё начинается. Идёте в детский сад — несёте 100 грн воспитателю, мол, посмотрите, Мария Ивановна, за моим мальчиком.

У нас взятка и непотизм всегда были элементом повышения собственной конкурентоспособности. За четыре года, которые я буду работать в НАПК, Украина по индексу восприятия коррупции Transparency International должна дойти до цифры 3. Коррупция 3,0 в Украине — это практически девиз работы НАПК на ближайшие годы. Сейчас у нас индекс 2,4. Если через четыре года мы войдём в 50–60 стран по невосприятию коррупции, это будет большим успехом.

Источник: Фокус

Tweet about this on TwitterShare on FacebookShare on Google+

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

code