Зона беды: Кто и как сегодня живет в Чернобыле

Перегляди: 111

26 апреля – годовщина одной из самых страшных техногенных катастроф в истории человечества – аварии на Чернобыльской АЭС. Станция получила название по имени города, в 15 км от которого была построена. Но сам Чернобыль, чье имя теперь стало синонимом беды, редко становился героем репортажей СМИ. 112.ua продолжает путешествовать по городам и городишкам Украины и в этот раз отправился на территорию 30-километровой зоны отчуждения, чтобы посмотреть, как через 31 год после катастрофы живет город, который огражден от мира «колючкой»

293817

Полный репортаж читайте в журнале «Хроники 112». Выпуск 17. Зона беды: Кто и как сегодня живет в Чернобыле

…В Чернобыле нет мэрии, ЗАГСов, детских площадок. Уже тридцать один год город не слышал детского смеха – въезд на территорию зоны отчуждения лицам до 18 лет воспрещен. Постоянное население города – это самоселы (102 человека) и вахтовики – сотрудники организаций зоны отчуждения (2 733 человека). Они живут в Чернобыле 15 дней, а на другие 15 дней уезжают домой, как здесь говорят, на «большую землю». В Госагентстве, которое управляет зоной, рассказали, что такой режим работы оправдан с точки зрения нормативов, разработанных врачами еще в 90-х: за 15 дней организм успевает восстановиться от пребывания в зоне повышенного ионизирующего излучения. Город используется администрацией зоны отчуждения сразу же после аварии 1986 года. Тогда, говорят, здесь было намного опаснее, чем сейчас.

Мой сопровождающий Денис пересказывает воспоминания одного из ликвидаторов, который рассказывал, что на станции «Янов», в паре километров от ЧАЭС, в первые дни после аварии нашел на улице мертвого котика.

– Потом только понял, что котик же маленький, он ходил, дышал этой пылью.

Он рассказывает, что этот человек, Олег Леонидович Зарубин, радиоэколог, сотрудник Института ядерных исследований, ликвидатор, много лет изучал водоем-охладитель ЧАЭС. Умер от тяжелейшей онкологии.
Нынешнее снижение радиационного фона в городе и в целом в зоне отчуждения связано с тем, что помимо тех веществ, которые влияют на него сейчас, после случившейся тридцать лет назад аварии, выпали так называемые короткие изотопы, период полураспада которых составлял от нескольких дней до нескольких лет. Например, период полураспада Xe133 – 5,245 дней, а Xe131 – 8,04 дней. Период полураспада Cs 134 – два года, а Cs 137 – 30 лет.

Средняя зарплата у сотрудников зоны отчуждения – 7,5 тыс. грн. До 2017 года они к тому же получали ежемесячную доплату в размере 150% минимальной заработной платы. С 2017 г. получают 150% прожиточного минимума. Получается около 10 тыс. грн на руки.

Государство обеспечивает сотрудников средствами индивидуальной защиты, спецодеждой и спецобувью. В Чернобыле почти все, и мужчины, и женщины, одеты в камуфляж, на ногах армейские ботинки. В привычную одежду переодеваются только перед отъездом. Сотрудникам бесплатно предоставляется место в общежитии и лечебно-профилактическое питание (три раза в день). В числе льгот – сокращенный рабочий день (выходит 36 часов в неделю). Раньше было и право на льготную пенсию, но в 2016 году его отменили…

– Денис, а люди здесь пьют? – прямо спрашиваю я.

– По-разному, – уклончиво отвечает он.

Но красноречивее на этот вопрос отвечает обочина тропинки, ведущей от столовой на улицу с офисами организаций. С обеих сторон пустые бутылки – от пива, водки, коньяка. Полный ассортимент ликероводочного отдела.

– Я бы сама тут запила, – говорю ему. – Представляю, сидишь в радиоактивном лесу, охраняешь радиоактивные отходы за 10 тыс. грн в месяц и понимаешь, что в твоем селе, где нет работы, это очень большие деньги…

Не запить, как вот Денис, здесь можно только при очень сильной мотивации. Зона отчуждения – это помимо всего рай для людей с горящими глазами, искренно влюбленных в науку ученых – биологов, генетиков, экологов-радиологов. Но так к ней относятся, конечно, не все. Сотрудница Центра организационно-технического обеспечения зоной отчуждения (105 сотрудников) на вопрос, почему она решила выбрать работу в зоне отчуждения, отвечает с обидой в голосе:

– Знаете, если бы я жила в Киеве, я бы здесь не работала!

Женщина из Иванкова.

– А насколько больше в среднем зарплата в Чернобыле, чем на других работах в Иванкове?

– Смотря, где работать, но где-то на 30-40% в зоне выше, – вздыхает она.

Одно из направлений деятельности Центра, в котором работает моя собеседница, – опека над самоселами.

Я столько мифов слышала об этих людях, которые сразу же после аварии вернулись в свои дома и стали жить в них, вопреки всем запретам... И даже теперь, когда речь идет о пагубном воздействии радиации, обязательно находится кто-то, кто скажет: ну как же, а самоселы в Чернобыльской зоне живут!

Самоселы вернулись в села Ильинцы, Лубянка, Паришев, Ладыжичи, Теремцы, Куповатое, Оташив, Опачичи, Залесье. Это в основном вторая, так называемая «буферная» зона.

И только одна единственная супружеская пара поселилась на территории наиболее загрязненной «десятки», в селе Новошпеличи, что практически под Припятью.

– В Новошпеличах жили дедушка Сава и его жена, – вспоминает Денис. – До преклонных лет дожили.

Средний возраст переселенцев 78-82 года.

В Центре организационно-технического обеспечения управления зоной отчуждения рассказывают: после аварии были проблемы с расселением эвакуированных людей. Селили по несколько семей вместе, к тому же построенное ударными темпами жилье отличалось низким качеством. Люди, которые привыкли жить в деревянных домах, особенно люди в возрасте, не могли привыкнуть к жизни в бетонных коробках.

Но главной причиной, по которой люди решили возвращаться в зараженные, но родные места, было то, что «в местах переселения коренное население неприветливо встретило эвакуированных, считая, что они отобрали у них жилье и рабочие места». Почему-то в этот момент подумалось о переселенцах из зоны АТО.

Говорят, что самоселы – это преимущественно женщины.

В Опачичах жили пять замечательных бабушек, вспоминает Денис.

– Они все выращивали тюльпаны. И каждая держала своего котика.

О бабушках он говорит с особенным теплом.

Бабушек уже нет.

Сейчас в Опачичах живет только одна супружеская пара, но очень грустная. Там женщина, и муж ее лежит с онкологией последней стадии. И ждут со дня на день его ухода...

Источник 112

Tweet about this on TwitterShare on FacebookShare on Google+

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

code